 |
|

 |
proektor | |
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
 Обычно практически полную темноту в комнате нарушало исключительно тусклое мерцание матрицы семнадцатидюймового ноутбука. Но сейчас свет, местами с усилиями пробивающийся сквозь неплотно задвинутые шторы, постоянно напоминал о том, что на улице уже давно день. А может утро. Малюсенькая квартирка на западной окраине Москвы была практически беззащитна перед солнечным светом – стоило отодвинуть шторы хоть на сантиметр, и гармония моего мира моментально рушилась. Обломки повседневности, до этого осознанно спрятанные под плотным слоем мрака вылезали на поверхность и напоминали себе полными выше краев пепельницами, стаканами с останками позавчерашнего бухла и грязными чайными ложками. Видимо уже несколько суток все вокруг было наполнено дымом и звуками эмбиэнта, ай ди эма, или индастриала с рэпом, или еще какой-нибудь мути. Она сидела на кровати, которая занимала большую часть большой комнаты, и расчесывала волосы. - Вот, допустим, "Чеченская война". Первая "Чеченская война" - тихо, как будто и не мне начала она после, наверное, получасового молчания – уничтожила веру. До той войны Россия всего четыре года прожила свободно. И вот эта безумная, бездумная, сюрреалистическая бойня по своей сути и, наверное, верное дело по своей задумке быстренько приземлило население обратно на бренную землю. Дало по башке. Ох, а ты помнишь, как Ельцин стоял на танке и как все те люди, смешно одетые в разноцветные куртки и шапки-"петушки", верили? -Нет, я тогда был маленький. Я помню, как верили мои родители. – сказал я, заметив, что она начинает заводиться. Мне скорее нравилось это ее состояние – так получалось когда ей не все равно, или когда она хотела трахаться. Это бывало часто, но если вопрос не заключался исключительно в сексе, то могло быть чревато. Чревато всем, вплоть до собирания вещей. А начаться такая шняга могла даже с обсуждения какого-нибудь идиотского фильма. -Блядь, я тоже тогда маленькая была. Но неужели ты не ощущал того же, что и они? Тебе же тогда лет тринадцать было!? Или ты в тринадцать был еще совсем идиотом – ты же пацан. Я вот отлично помню это ощущение, что завтра тут станет как там! Как там! Как у них! А потом танки в Москве со всей свое безумной силы стреляют в Белый дом. А потом война. Помнишь, все же думали, что чеченцев действительно переломят через колено. И Грозный возьмут за сутки одной дивизией или чем там они берут, эти пидоры с картами. А потом снова... Месиво! Восемнадцатилетние пацаны! Ты помнишь себя в восемнадцать лет? И вот таких же мордой в дерьмо! В окопы! Под пули! Под танки! На пулеметы! За территориальную целостность! "Ебалом об стену, бегом марш"! - Да, за территориальную целостность. И вообще могла начаться гражданская война. - Ну да, тебе еще Бондарчук сейчас все расскажет и про целостность и про гражданскую войну, подожди вот еще немножечко. Короче, вот тогда-то народ походу и присел. Тогда-то и заиграло народное очко привычную мелодию. Нет, понятно, что он в массе своей не виноват, виновата история. Но именно в тот момент стадо снова захотело вожака. У нас ведь Сталина любят за то, что он твердо, как хуй, ассоциируется с палочкой (ну точно как хуй), которой утопающих из дерьма вытаскивают. Тут можно дальше параллели с хуем проводить, но я не буду. Так вот, при Сталине этот народ, точнее тот народ, добился всего того, чем могут сейчас гордиться потомки. И вот эти тупые потомки ничего лучше возвращения в колонну придумать не смогли. И "Вторая чеченская" стала тем рычагом, той катапультой, которая не просто сместила направление развития этой страны, она прямо-таки развернула ее на сто восемьдесят градусов назад. Именно вторая война на Кавказе привела к власти "Единую Россию", вернула однопартийную систему и воздвигла Путина. Сделала из него спасителя. Спасителя, обещавшего не коммунизм через сто лет, и не землю обетованную через 40, а Форд Фокус через два, ну или "бэху" седьмую, если очень хорошо себя вести и делиться. Ну и все повелись. Смешно даже, ведь Форд Фокус, это же примерно то, что до этого семьдесят пять лет держало у руля коммунистов, только называлось оно тогда по-другому. Как быстро сдались, касатики, а? - У тебя зрачки расширились и, очевидно, затвердели соски! - Сука! Я открыл глаза из-за того, что истлевшая до фильтра сигарета, начала обжигать мне пальцы. Tags: музыка, разное, текст
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |


|
 |
|
 |